Стэнфордский тюремный эксперимент

Стэнфордский тюремный эксперимент – Психологос

Стэнфордский тюремный эксперимент – известный психологический эксперимент, который был проведён в 1971 году американским психологом Филиппом Зимбардо. Эксперимент представляет собой психологическое исследование реакции человека на ограничение свободы, на условия тюремной жизни, и на влияние навязанной социальной роли на поведение.

Если вы даёте человеку власть над кем-то беззащитным, кем-то униженным, именно тогда абсолютная власть развращает абсолютно.

Профессор Дэвид Уилсон, криминолог

Добровольцы играли роли охранников и заключенных и жили в условной тюрьме, устроенной в корпусе кафедры психологии. Заключенные и охранники быстро приспособились к своим ролям, и, вопреки ожиданиям, стали возникать по-настоящему опасные ситуации.

Обратите внимание

В каждом третьем охраннике обнаружились садистские наклонности, а заключенные были сильно морально травмированы, и двое раньше времени были исключены из эксперимента.

Несмотря на очевидную потерю контроля над экспериментом, только один из 50 наблюдателей, Кристина Маслач, выступила против его продолжения. Зимбардо закончил эксперимент раньше времени.

С точки зрения этики эксперимент часто сравнивают с экспериментом Милгрэма, проведенным в 1963 году в Йельском университете Стенли Милгрэмом, в прошлом соучеником Зимбардо.

Цели и средства

Исследование было оплачено военно-морским флотом США для того, чтобы объяснить конфликты в его исправительных учреждениях и в морской пехоте.

Участников набрали по объявлению в газете, и им предлагались 15 долларов в день (с учетом [инфляции сумма эквивалентна 76 долларам в 2006 году) за две недели участия в «симуляции тюрьмы».

Из 70 человек, отозвавшихся на объявление, Зимбардо и его команда выбрали 24, которых они сочли наиболее здоровыми и психологически устойчивыми.

Эти участники были преимущественно белыми мужчинами, принадлежащими к среднему классу. Все они были студентами колледжей.

Группу, состоящую из двадцати четырех молодых мужчин, поделили случайным образом на «заключенных» и «охранников». Что интересно, заключенным потом казалось, что в охранники берут за высокий рост, но на самом деле их честно набрали по жребию, подбрасывая монету, и между двумя группами не было никакой объективной разницы в физических данных.

Собственно условная тюрьма была устроена на базе кафедры психологии Стенфорда. Лаборант-старшекурсник был назначен «надзирателем», а сам Зимбардо — управляющим.

Зимбардо создал для участников ряд специфических условий, которые должны были способствовать дезориентации, потере чувства реальности и своей самоидентификации.

Важно

Охранникам выдали деревянные дубинки и униформы цвета хаки военного образца, которые они сами выбрали в магазине. Также им дали зеркальные солнечные очки, за которыми не было видно глаз. В отличие от заключенных, они должны были работать по сменам и возвращаться домой в выходные, хотя впоследствии многие участвовали в неоплаченных сверхурочных дежурствах.

Заключенные должны были одеваться только в нарочно плохо подобранные миткалевые халаты без нижнего белья и резиновые шлепанцы. Зимбардо утверждал, что такая одежда заставит их принять «непривычную осанку тела» и они будут испытывать дискомфорт, что будет способствовать их дезориентации.

Их называли только по номерам вместо имен. Эти номера были пришиты на их униформы, и от заключенных требовали надевать туго сидящие колготки на голову, чтобы изобразить бритые головы новобранцев, проходящих начальную военную подготовку.

Вдобавок они носили маленькую цепочку на своих лодыжках как постоянное напоминание о своём заключении и угнетенности.

За день до эксперимента охранники посетили короткое установочное заседание, но им не дали никаких указаний, кроме недопустимости какого-либо физического насилия. Им сказали, что обязанность — совершать обход тюрьмы, который они могут совершать так, как захотят.

Зимбардо на заседании сделал следующее заявление для охранников:

Создайте в заключенных чувство тоски, чувство страха, ощущение произвола, что их жизнь полностью контролируется нами, системой, вами, мной, и у них нет никакого личного пространства… Мы будем разными способами отнимать их индивидуальность. Все это в совокупности создаст в них чувство бессилия. Значит в этой ситуации у нас будет вся власть, а у них – никакой.

Участникам, которые были выбраны для того, чтобы изображать заключенных, было сказано ждать дома, пока их не «призовут» для эксперимента. Безо всякого предупреждения их «обвинили» в вооруженном ограблении, и они были арестованы полицейским департаментом Пало Альто, который участвовал в этой стадии эксперимента.

Заключенные прошли полную процедуру полицейского осмотра, включая снятие отпечатков пальцев, фотографирование и зачитывание прав. Их привезли в условную тюрьму, где произвели их осмотр, приказав раздеться догола, «очистили от вшей» и присвоили номера.

Результаты

Эксперимент быстро вышел из-под контроля. Заключенные испытывали садистское и оскорбительное обращение со стороны охранников, и к концу у многих из них наблюдалось сильное эмоциональное расстройство.

После сравнительно спокойного первого дня на второй день вспыхнул бунт. Охранники добровольно вышли на сверхурочную работу и без руководства со стороны исследователей подавляли мятеж, при этом нападали на заключенных с огнетушителями.

После этого инцидента охранники пытались разделять заключенных и стравливать их друг с другом, выбрав «хороший» и «плохой» корпусы, и заставляли заключенных думать, что в их рядах есть «информаторы». Эти меры возымели значительный эффект, и в дальнейшем возмущений крупного масштаба не происходило.

Согласно консультантам Зимбардо — бывшим заключенным, эта тактика была подобна используемой в настоящих американских тюрьмах.

Совет

Подсчеты заключенных, которые изначально были задуманы для того, чтобы помочь им привыкнуть к идентификационным номерам, превратились в часовые испытания, в ходе которых охранники изводили заключенных и подвергали физическим наказаниям, в частности заставляли подолгу совершать физические упражнения.

Тюрьма быстро стала грязной и мрачной. Право помыться стало привилегией, в которой могли отказать и часто отказывали. Некоторых заключенных заставляли чистить туалеты голыми руками. Из «плохой» камеры убрали матрацы, и заключенным пришлось спать на непокрытом бетонном полу.

В наказание часто отказывали в еде. Сам Зимбардо говорит о своей растущей погруженности в эксперимент, которым он руководил и в котором активно участвовал.

На четвертый день, услышав о заговоре с целью побега, он и охранники попытались целиком перенести эксперимент в настоящий неиспользуемый тюремный корпус в местной полиции, как в более «надежный».

Полицейский департамент ему отказал, ссылаясь на соображения безопасности, и, как говорит Зимбардо, он был зол и раздосадован из-за отсутствия сотрудничества между его и полицейской системой исполнения наказаний.

В ходе эксперимента несколько охранников все больше и больше превращались в садистов — особенно ночью, когда им казалось, что камеры выключены. Экспериментаторы утверждали, что примерно каждый третий охранник показывает настоящие садистские наклонности. Многие охранники расстроились, когда эксперимент был прерван раньше времени.

Впоследствии заключенным предложили «под честное слово» выйти из тюрьмы, если они откажутся от оплаты, большинство согласились на это. Зимбардо использует этот факт, чтобы показать, насколько сильно участники вжились в роль. Но заключенным потом отказали, и никто не покинул эксперимент.

У одного из участников развилась психосоматическая сыпь по всему телу, когда он узнал, что его прошение о выходе под честное слово было отвергнуто (Зимбардо его отверг, потому что думал, что тот пытается сжульничать и симулирует болезнь). Спутанное мышление и слезы стали обычным делом для заключенных. Двое из них испытали такой сильный шок, что их вывели из эксперимента и заменили.

Обратите внимание

Один из заключенных, пришедших на замену, № 416, пришел в ужас от обращения охранников и объявил голодовку. Его на три часа заперли в тесном чулане для одиночного заключения. В это время охранники заставляли его держать в руках сосиски, которые он отказывался есть.

Другие заключенные видели в нем хулигана. Чтобы сыграть на этих чувствах, охранники предложили другим заключенным выбор: или они откажутся от одеял, или № 416 проведет в одиночном заключении всю ночь. Заключенные предпочли спать под одеялами.

Позже Зимбардо вмешался и выпустил № 416.

Зимбардо решил прекратить эксперимент раньше времени, когда Кристина Маслач, студентка, не знакомая прежде с экспериментом, выразила протест против устрашающих условий тюрьмы после того, как она пришла туда провести беседы. Зимбардо упоминает, что из всех пятидесяти свидетелей эксперимента только она поставила вопрос о его соответствии морали. Хотя эксперимент был рассчитан на две недели, через шесть дней он был прекращен.

Выводы

Результаты эксперимента использовались для того, чтобы продемонстрировать восприимчивость и покорность людей, когда присутствует оправдывающая идеология, поддержанная обществом и государством. Также их использовали в качестве иллюстрации к теории когнитивного диссонанса и влияния власти авторитетов.

Источник: https://www.psychologos.ru/articles/view/stenfordskiy-tyuremnyy-eksperiment

«Это все ложь»: о реальной подоплеке Стэнфордского тюремного эксперимента

Седьмого июня американский писатель Бен Блум опубликовал колонку, посвященную раскрытию тайны Стэнфордского тюремного эксперимента — одного из самых известных психологических экспериментов XX века.

Текст во многом основан на вышедшей в апреле книге «История лжи» (в оригинале — Histoire d'un mensonge) французского писателя и режиссера Тибо Лё Тексьера и рассказывает о том, что эксперимент был инсценировкой.

О подробностях этой истории, а также о том, почему Стэнфордский тюремный эксперимент был сомнительным с самого начала, читайте в нашем блоге

Stanford University

Стэнфордский тюремный эксперимент известен практически всем, кто когда-либо сталкивался с психологией в школе, университете или при чтении научно-популярной литературы. Он по праву считается одним из самых знаменитых поведенческих экспериментов наряду, к примеру, с экспериментом Милгрэма, участникам которого позволяли бить людей током при совершении ошибки.

Эксперимент в 1971 году провел американский психолог Филипп Зимбардо. Он набрал 24 студента, разделил их на две группы и присвоил им две роли: тюремных охранников и заключенных.

После этого участников поместили в подвал одного из кампусов университета, где они в течение двух недель должны были имитировать тюремную жизнь.

Эксперимент закончился на шестой день; к этому моменту, по мнению некоторых наблюдателей, ситуация вышла из под контроля: участники-охранники стали проявлять садистские наклонности, а одного из участников-заключенных пришлось выпустить досрочно из-за появившихся у него симптомов психоза.

Важно

С помощью своего исследования Зимбардо показал, что получившие власть люди будут доминировать над подчиненными, проявляя жестокость, — даже если в явной форме этого от них никто не требует. Этот результат, в частности, использовали для оправдания поведения охранников в настоящей тюрьме, в том числе — для объяснения деятельности нацистов в концлагерях.

Изменения наблюдались и в поведении «заключенных»: они достаточно быстро стали пассивны. Эксперимент в целом позволил сделать следующий вывод: человеческое поведение оказывается весьма пластично под влиянием внешних факторов — и даже подвластно им.

Теперь, почти 47 лет спустя после проведения эксперимента, стало известно, что поведение участников было поддельным.

По словам Блума, один из добровольцев, выступавших в роли заключенного, симулировал симптомы психоза, чтобы побыстрее выйти из эксперимента.

Дуглас Корпи (Douglas Korpi), покинувший «тюрьму» раньше всех (через 36 часов), в прошлогоднем интервью (первом со времен эксперимента) рассказал, что согласился участвовать в опыте Зимбардо только затем, чтобы спокойно подготовиться к экзаменам в одиночестве.

Однако после того как «надзиратели» отказались выдать ему учебники, Корпи потребовал, чтобы его «освободили». «Надзиратели» (а также сам Зимбардо и его помощник-студент) снова ответили отказом, и Корпи решил устроить диверсию: он кричал и требовал выпустить его, потому что «больше не может этого терпеть».

Устроенная им истерика была снята на камеру наблюдения, и позже Зимбардо демонстрировал эту запись в качестве одного из аргументов в пользу того, что поведение участников в ходе его исследования сильно изменилось. В интервью Корпи дал случившемуся совсем другое объяснение.

«[Первый день] был неплохим. Бунтовать было достаточно весело, и никаких последствий за это не было. Мы знали, что [охранники] нам не навредят и не ударят нас. Они все были белыми студентами, точно такими же, как и мы — ситуация была безопасной. Это была всего лишь работа. Если вы послушаете [запись моей истерики], то услышите, что работа мне нравится. Можно кричать, орать, биться в истерике. Можно поиграть в заключенного. Я хорошо справлялся с задачей. Мне понравилось».

Из интервью Дугласа Корпи

Получается, что Корпи по-настоящему могло беспокоить только одно — то, что эксперимент нельзя было завершить раньше времени по собственному желанию: якобы «охранники» готовы были принимать в расчет только медицинские (в частности — психические) основания.

Совет

Правда, по словам Зимбардо, выйти из эксперимента можно было в любую минуту, если произнести фразу: «Я покидаю эксперимент». Однако, отмечает Блум, в официальном согласии на участие в тюремном эксперименте об этом ничего не говорилось.

Читайте также:  Интересные факты для школьников

Следовательно, вполне правдоподобно, что Корпи, желавшему поскорее вернуться к учебникам, пришлось симулировать психоз.

Второй тезис Блума ставит под сомнение автономный характер действий «охранников». Как известно, «охранники» за день до начала эксперимента получили от его организаторов подробные инструкции.

Как утверждал сам Зимбардо, им предложили вызвать у «заключенных» чувство беззащитности, одиночества и страха, но о применении психологического или физического насилия речи не шло.

Поэтому методы, к которым «охранники» стали прибегать в ходе эксперимента, были приписаны им самим.

Блум утверждает, что большинство «тюремных правил» (в частности, наказание за неподчинение) придумал и сообщил «охранникам» Дэвид Джаффе (David Jaffe) — один из студентов Зимбардо, также исполнявший роль одного из них. Следовательно, садистские наклонности «охранников» объясняются не внезапно появившейся у них властью над другими людьми, а тем, что они действовали по указке экспериментаторов.

В пользу доводов Блума говорит, в частности, то, что тюремный эксперимент достаточно плохо реплицируется.

Обратите внимание

В похожем эксперименте, проведенном британскими психологами Стивеном Райхером (Stephen Reicher) и Александром Хазламом (Alexander Haslam), участникам-охранникам не выдвигали никаких требований относительно наказаний и жестокого поведения в отношении «заключенных»: в результате ученым не удалось обнаружить в поведении «охранников» жестокости или садистских наклонностей.

Stanford University

Для тех, кто разбирается в психологических исследованиях, сомнительность методики и результатов Стэнфордского тюремного эксперимента была очевидна и без признания его участников в том, что они симулировали свою реакцию. Чтобы показать это неискушенным исследователям, разберем организацию этого эксперимента в подробностях.

В исследовании Зимбардо приняли участие 24 человека. Половина выступала в качестве охранников, половина — в качестве заключенных, причем в каждой группе девять человек играли активную роль, а трое были «запасными».

Итак, первый недостаток исследования — в статистике: выборка участников была слишком мала для большинства надежных методов проверки статистических гипотез (скажем, T-критерия Стьюдента) и достижения статистической значимости при отклонении от нулевой гипотезы (в данном случае — отсутствия каких-либо изменений в поведении участников эксперимента).

Разумеется, в научных исследованиях часто используются и наблюдения частных случаев (англ.

case study), чтобы, к примеру, описать первый в истории медицины случай разрыва глотки при попытке сдержать чихание, или же рассказать о необычном поведении птиц; эту методику также часто используют в маркетологических исследованиях и в симуляциях юридических процессов.

При таком методе, однако, никогда не идет речь о выдвижении гипотез и поиске корреляций. В частных случаях причинно-следственная связь зачастую очевидна, но только для одного случая — того, который был описан.

Результаты таких исследований ни в коем случае нельзя переносить на другие объекты. То, что один человек повредил пищевод, закрыв нос рукой при чихании, не значит, что чихать — опасно. Поэтому, описывая частный случай, ученые всегда это отмечают.

У использованной в эксперименте выборки есть еще один крупный недостаток: все участники были белыми студентами колледжей из среднего класса в возрасте от 20 до 25 лет.

Важно

Любопытно, что на объявление, вывешенное Зимбардо и его коллегами, откликнулось около 70 человек, — гипотетически, можно было как расширить выборку, так и сделать ее более разнообразной.

Разнообразие выборки (использование, к примеру, представителей различных рас и социальных слоев) добавляет эксперименту внешней валидности, которая определяет, могут ли результаты эксперимента быть перенесены на другую популяцию и в другие условия.

Та выборка, которая была у Зимбардо, позволяла сделать единственный вывод: белые обеспеченные студенты в новых условиях ведут себя странно. Скажем прямо, с научной точки зрения вывод так себе.

Еще одно несовершенство выборки в эксперименте Зимбардо еще в 2007 году отметили Томас Карнаган (Thomas Carnahan) и Сэм Макфэрланд (Sam MacFarland) из Университета Западного Кентукки.

По их мнению, само объявление о наборе участников было составлено некорректно: в нем прямым текстом говорилось о том, что эксперимент будет посвящен тюремной жизни.

Карнаган и Макфэрланд изучили две группы участников, которые откликнулись на похожие объявления, и выяснили, что те, кого привлекло исследование «тюремной жизни», были более агрессивными, отличались авторитарными взглядами, а также меньшими показателями эмпатии и альтруизма, чем те, кого привлекло объявление о «психологическом эксперименте». Зимбардо и его коллеги проверили несколько поведенческих характеристик своих участников: в том числе, способность к альтруизму, экстраверсию и активность. Тем не менее, эти параметры позволили ученым сделать вывод только о том, что две группы (охранники и заключенные) не отличаются между собой, а не о том, что все участники изначально не были настроены агрессивно (следует также отметить, что этот параметр Зимбардо не измерялся). Из этого, судя по результатам, полученным Карнаганом и Макфэрландом, нельзя сделать точных выводом о том, что на поведение участников повлияли именно изменившиеся условия, а не особенности их характера.

Объявление о наборе участников в Стэнфордский тюремный эксперимент: «Требуются студенты мужского пола для участия в психологическом исследовании о тюремной жизни. Оплата — 15 долларов в день. Продолжительность — две недели, начиная с 14 августа.

Для дополнительной информации и записи подходите в кабинет 248, Джордан Холл, Стэнфордский университет» Stanford University

Зимбардо (следует отдать ему должное) сделал все возможное для того, чтобы превратить подвал одного из университетских кампусов в подобие тюрьмы.

«Заключенные» содержались в закрытых комнатах: на них надели свободные белые футболки с кодовыми номерами, а на голову нацепили колготки для имитации выбритого налысо черепа.

«Охранникам» выдали резиновые дубинки, форму (которую они могли выбрать себе сами) и солнцезащитные очки, чтобы «заключенные» не могли установить с ними зрительный контакт.

Совет

Как и у большинства исследований с копированием реальной обстановки, у Стэнфордского тюремного эксперимента очень низкая экологическая валидность: другими словами, полученные результаты нельзя переносить на настоящих заключенных, сидящих в настоящих тюрьмах под присмотром настоящих охранников. Или можно — но с большой осторожностью, которую Зимбардо соблюсти не удалось.

К Стэнфордскому тюремному эксперименту было бы гораздо меньше вопросов, если бы Зимбардо эксплицитно отметил, что это частный случай или, на худой конец, пилотное исследование.

Вместо этого он использовал полученные результаты как догму, объясняющую все несовершенства человеческого поведения, которые раскрываются под воздействием изменившихся условий окружающей среды.

Однако переносить результаты подобных экспериментов на условия реальной жизни не только неправильно, но и опасно: полученные выводы затем могут быть использованы для оправдания поведения, мотивированного совершенно иными причинами, а неверные методики занижают значение других — хорошо продуманных, рандомизированных и контролируемых — психологических исследований. Поэтому Стэнфордский эксперимент не стоит воспринимать как эталон исследования человеческого поведения; он, скорее, может послужить примером того, как ученому поступать ни в коем случае нельзя.

Сам Зимбардо отказался комментировать расследование Лё Тексьера и Блума: «Люди могут говорить все, что им вздумается. Но это самое знаменитое психологическое исследование на сегодняшний день».

Тем не менее, стоит надеяться, что из учебников по психологии и образовательных программ (про тюремный эксперимент рассказывают не только в университетах, но и в американских школах) описание Стэнфордского эксперимента в скором времени уберут.

Как сообщает Блум, один из авторов учебника Psychology: Perspectives and Connections Грегори Фист (Gregory Feist) уже планирует исключить упоминание Зимбардо и его исследования из следующего переиздания, потому что, по словам Фиста, «это все ложь».

Изначально в заметке было сказано, что «Зимбардо и его коллеги не проверяли поведенческие характеристики своих участников, поэтому показать, что на поведение «охранников» повлияли именно изменившиеся условия, а не особенности их характера, невозможно». Это, однако, не так, и поведенческие особенности участников учитывались. Следует отметить, однако, что это было сделано только для того, чтобы убедиться в том, что между собой не отличаются «охранники» и «заключенные». Кроме того, Зимбардо эксплицитно не измерял агрессию участников, и сделать вывод о том, что все 24 испытуемых до начала эксперимента агрессией не отличались, нельзя. Редакция N+1 просит прощения за допущенную неточность.

Источник: https://nplus1.ru/blog/2018/06/18/stanford-uncovered

Стэнфордский тюремный эксперимент (Ф. Зимбардо)

mentorna_blog

Стэ́нфордский тюре́мный экспериме́нт — психологический эксперимент, который был проведён в 1971 году американским психологом Филиппом Зимбардо.
Эксперимент представляет собой психологическое исследование реакции человека на ограничение свободы, на условия тюремной жизни и на влияние навязанной социальной роли на поведение.

Добровольцы играли роли охранников и заключенных и жили в условной тюрьме, устроенной в подвале факультета психологии. Заключенные и охранники быстро приспособились к своим ролям, в каждом третьем “охраннике” обнаружились садистские наклонности, а “заключенные” были сильно морально травмированы.

Эксперимент был закончен раньше времени.

Исследование было оплачено военно-морским флотом США для того, чтобы объяснить конфликты в его исправительных учреждениях и в морской пехоте.

14 августа 1971 г. в Стэнфордском университете (США) начался эксперимент, который принес всемирную известность его организатору – Филиппу Зимбардо. Это был весьма необычный эксперимент. Его началом послужил… арест половины его участников.

Обратите внимание

К нескольким молодым людям, проживавшим в университетском городке Пало Альто, поутру нагрянула полиция.

К великому изумлению соседей, которые ранее не замечали за юношами никаких противоправных наклонностей, тех выволокли из дома, обыскали, заковали в наручники, затолкали в полицейские машины и под вой сирены увезли.

Сами арестованные отреагировали на это событие спокойно и даже иронично. Еще бы – они ведь сами вызвались участвовать в этом действе, прекрасно отдавая себе отчет в его инсценировочном характере. Незадолго до этого в местной газете было опубликовано объявление, приглашавшее добровольцев для участия в психологическом эксперименте, посвященном особенностям поведения в тюремных условиях.

Соблазнившись вознаграждением в 15 долларов в день (в начале 70-х это была довольно приличная сумма для небогатого студента), на приглашение откликнулись 70 добровольцев, из которых психологи для участия в эксперименте придирчиво отобрали две дюжины. В предстоящей инсценировке одной половине испытуемых предстояло сыграть роль заключенных, другой — надзирателей.

На предварительном собрании эти роли были распределены методом случайного отбора. В отчете об эксперименте Зимбардо отмечает, что поначалу молодые люди ничем принципиально друг от друга не отличались и не проявляли выраженных склонностей ни к той, ни к другой роли.

Глядя на них, было совершенно невозможно представить, что вскоре они разобьются на два враждебных лагеря и проникнутся друг к другу острейшей антипатией.

Доставленные в “тюрьму” (размещенную в подвале факультета психологии), арестанты были раздеты донага и снова тщательно обысканы. Это, кстати, обыденная формальная процедура в ситуациях такого рода. Так же как и снятие отпечатков пальцев. Далее начиналась вольная импровизация экспериментаторов.

В их цели входило не скопировать в точности тюремные условия, а максимально воссоздать психологическое состояние человека, в них помещаемого. Для этого сначала понадобились консультации опытных экспертов. Одним из них, в частности, выступал человек, который ранее за различные преступления провел за решеткой в общей сложности 17 лет. Его рекомендации оказались для психологов неоценимы.

Важно

Увы, к предостережениям эксперта они поначалу не прислушались, поняв их справедливость лишь впоследствии.

Все заключенные были переодеты в униформу, которая представляла собой грубо скроенные балахоны наподобие женских платьев, не доходившие им даже до колен. Отныне это было их единственное одеяние, даже никакого белья носить не разрешалось.

     Следует отметить, что в реальных тюрьмах, такая униформа не принята. Экспериментаторами она была изобретена для того, чтобы, в соответствии с рекомендациями экспертов, усугубить унижение и создать у заключенных ощущение, будто они лишены своей половой принадлежности.

Последнему, в частности, способствовало оскорбительное обнажение – кстати, многократно повторявшееся впоследствии якобы с целью обыска и опрыскивания заключенных дезинфекционным спреем. А непривычное противоестественное одеяние даже изменило осанку и позу заключенных.

По наблюдениям экспериментаторов, они довольно скоро стали держаться иначе, как-то не по-мужски. По крайней мере, вольно усесться с широко раздвинутыми ногами (что для мужчины вполне привычно и естественно) человек, понятно, стеснялся.

Согласитесь, молодой мужчина, стыдливо одергивающий подол своего короткого балахона, являет собой жалкое зрелище. А что говорить о его собственных ощущениях?

На  каждом балахоне была нашита табличка с персональным номером заключенного. Отныне он лишался имени и откликаться должен был только на свой номер. Дабы номер был каждым прочно усвоен, регулярно проводились переклички, причем нередко — среди ночи.              

Читайте также:  Швейная машина и дикари

Калифорнийским “заключенным” на голову надевались колпачки, вырезанные из капроновых чулок — женских, разумеется. Снимать их не разрешалось даже ночью. Тем самым вполне достигался эффект обезличивания, а унижение лишь усугублялось.

В дополнение на ногу каждому был надет увесистый браслет из металлической цепи, снять который было невозможно. В данном случае цепь носила скорее символический характер.

Постоянно причиняя неудобство, она не позволяла заключенному даже во сне забыть о своем положении.

Заключенные были размещены по трое в камерах, несколько различавшихся своей просторностью и степенью удобства. То есть камеры были “хорошие” и “плохие”.

Первые, понятно, предназначались для “хороших” — послушных, покладистых, лояльных — заключенных, вторые, соответственно, – для “плохих”.

Для смутьянов был специально оборудован тесный карцер, пребывание в котором было попросту физически мучительно.

Совет

Немаловажная подробность: отправлять естественные нужды можно было прямо в камере в особые емкости, хотя это, разумеется, было неловко и, более того, создавало в замкнутом помещении страшную вонь.

Существовал и отдельный туалет, куда заключенного по его просьбе мог отвести охранник.

По собственной инициативе охранников поход в туалет вскоре был превращен в привилегию, с помощью которой они принялись манипулировать поведением заключенных.

Что касается охранников, то их поведение не было никак регламентировано. Им была дана самая общая инструкция – поддерживать порядок. За ходом эксперимента следили видеокамеры.

По мнению охранников, они работали только днем (не станут же ученые-экспериментаторы дневать и ночевать в вонючей тюрьме!), на самом же деле — круглосуточно.

Парадоксально: наибольшее рвение и наивысшую строгость стражи проявляли именно ночью, когда полагали, что за ними никто не наблюдает.

Охранники были снабжены свистками и позаимствованными в полиции резиновыми дубинками. Надо признать, дубинки ни разу не применялись по прямому назначению. Хотя физические наказания практиковались постоянно.

Самое распространенное — отжимание от пола.

Для усугубления эффекта охранники ногой прижимали заключенного к полу (то есть в буквальном смысле попирали его ногами) либо приказывали другому заключенному сесть ему на спину.

«Заключенные» взбунтовались на вторые сутки. Они с помощью кроватей забаррикадировались в камерах, сорвали с себя колпачки и принялись требовать либерализации режима.

Обратите внимание

С помощью пожарных огнетушителей бунт был охранниками подавлен, последовали репрессии. Правда, не во всем понятные. Заключенные были “перетасованы” по камерам, что породило меж ними взаимную подозрительность и неприязнь: с какой это стати кто-то оказался в лучшей камере, не “стукач” ли он?

Хуже всех пришлось явному зачинщику – он попал в карцер. Правда, остальным заключенным было предложено взять часть ответственности на себя и вызволить товарища из нечеловеческих условий, но при этом лишиться части собственных привилегий.

Выручать товарища никто и не подумал. В итоге бедняга провел в страшных неудобствах целую ночь (хотя сами охранники планировали продержать его там не больше часа).

Следует лишний раз подчеркнуть, что испытуемыми выступали добропорядочные американские юноши, студенты университета. Ни один из них никогда не имел конфликтов с законом и ни минуты своей жизни не провел за решеткой.

Зимбардо поставил своей задачей выяснить, как эти представления воплотятся в реальном поведении тех и других. По собственному признанию Зимбардо, до начала эксперимента он очень туманно прогнозировал его возможные итоги. Но тот результат, который был получен, оказался непредвиденным и о многом заставил задуматься.

Может закрасться подозрение, что и у “охранников”, и у “заключенных” имелась какая-то патологическая предрасположенность к исполнению таких ролей. Потому-то они в них так и вжились… Ничего подобного! Для участия в эксперименте требовалось не только безукоризненное прошлое.

Все испытуемые предварительно подверглись многоступенчатому тестированию, в результате которого были отсеяны те, у кого обнаружилась хоть малейшая склонность к депрессии, повышенная агрессивность либо хоть какая-то иная патология. Были отобраны во всех отношениях нормальные юноши, весьма уравновешенные и интеллектуально развитые.

И роли были распределены между ними абсолютно произвольно — подбрасыванием монетки.

Рассмотрим основные моменты эксперимента

Деиндивидуализация, обезличивание. Тот, кто ещё вчера был уникальной личностью, выделявшейся своими характерными особенностями, как внешне, так и внутренне, попадая в тюрьму теряет свою индивидуальность, становится просто “заключенный номер такой-то”.

Важно

Ту же самую процедуру проходят и новобранцы в армии. Как было установлено в ряде экспериментов, конечной целью использования военной формы является именно изменение психологии. “Рядовой такой-то” намного агрессивней, чем “Иванов Петр Евгеньевич”, и ему психологически намного легче проявлять жестокость по отношению к столь же обезличенному “солдату” вражеской армии.

Цель формы – именно снятие психологических барьеров в отношении жестокости. Быть жестоким с человеком, которого ты воспринимаешь как человека – очень тяжело, быть жестоким с “номером таким-то” намного психологически проще. В этой связи форма как заключенных, так и охранников играет важную роль. Ту же цель преследовали нашитые на груди и на спине номера заключенных.

Охранники обращались к заключенным только по их номерам.

Демаскулинизация. Мужчине присуще черты мужественности, твердости, стойкости, смелости и агрессивности, решимости и решительности.

Естественно, эти черты характера представляют ряд весьма существенных неудобств для надсмотрщиков, которым нужны именно “мягкие, податливые, уступчивые, робкие, нерешительные, легко управляемые”, короче – покорные и послушные заключенные.

Всё, что так или иначе связано с мужественностью, с силой, властью – находится исключительно во власти надсмотрщиков (имеющих как атрибут – дубинку).

Демаскулинизация заключенных в данном случае выразилась в том, что их заставили носить женский чулок на голове, лишили возможности носить белье и одели в коротенькие халатики, отчего они сразу стали чувствовать себя “не в своей тарелке”, и вся их осанка и движения стали напоминать женские, движения утратили решительность и стремительность. Это также дало возможность охране обращаться к заключенным “милашка”, “малышка” и т.п.

Подавление, угнетение. На правой щиколотке заключенных была цепь с замком, которая никогда не снималась.

Слабая боль и постоянное неудобство от этой цепи должны были быть постоянным напоминанием заключенному, что он находится во враждебной ему атмосфере тюрьмы.

Даже когда заключенный спал, одно неловкое движение – и цепь на правой щиколотке больно ударялась о левую, что не позволяло заключенному забыть, где он даже во сне.

Унижение. Каждый заключенный систематически обыскивался, и их заставляли раздеваться, чтобы быть опрысканными антибактериальным спреем, якобы потому что мы были уверены в их вшивости и микробности. (При этом мыться было нельзя и скоро в тюрьме появился устойчивый, неприятный запах пота.)

Пятый день эксперимента стал заключительным благодаря тому, что вечером этого дня посмотреть, на эти “чудеса” пришла невеста доктора Зимбардо, недавно ставшая преподавателем выпускница Стенфорда Кристина Мэслаш. “Я была очень поглощена переездом и подготовкой к чтению моего первого курса лекций и поэтому смогла прийти посмотреть на эксперимент только под вечер пятого дня.

В 11 вечера заключенных сцепили цепью, надели на головы бумажные пакеты, чтобы они ничего не могли видеть, и с криками и руганью колонной повели в туалет. Охрана была уверена, что на пути в туалет, который находился вне “тюрьмы” за ними уж точно никто не наблюдает и поэтому они позволяли себе всё.

Это было отвратительно и просто невыносимо наблюдать.

В то же время у Фила и других экспериментаторов это, похоже не вызывало ничего, коме профессионального любопытства: “Ты только посмотри, что они вытворяют! Ну надо же! Как интересно! Иди, иди – посмотри на это!”.

Совет

Я, наоборот, отошла, шатаясь, вглубь комнаты, только и сказав, что “я уже это видела”. В ответ на это Фил и другие разразились бурей возмущения о том, что я не хочу смотреть на столь интересные проявления человеческой психики.

Они решили, что это я от отсутствия интереса. Их насмешки и комментарии заставили меня усомниться в себе самой, заподозрить себя в действительной глупости и равнодушии к профессии – в добавок к тому, что мне просто было тошно смотреть на то, как охранники унижали и издевались над своими “жертвами”.

Некоторое время спустя, по дороге из университета Фил спросил меня, что я думаю обо всём этом.

Он ожидал, что я произнесу какую-то восторженную высоконаучную тираду, однако вместо этого я разревелась (хотя обычно я очень сдержанный человек) и сказала: “То, что вы делаете с этими ребятами – это ужасно и бесчеловечно!” Дальше у нас был ожесточенный спор.

Я была очень напугана, потому что знала Фила уже не первый год и мы даже собирались пожениться. Я знала его, как доброго и отзывчивого человека, всегда внимательного и заботливого, мы никогда с ним серьезно не ругались. Не помню сколько это всё продолжалось, но это было очень тяжело.

В конце концов он согласился со мной, признал, что сам за эти дни сильно изменился, что все они внутренне вжились в “тюремные условия” и усвоили себе “тюремные порядки”, которые таким образом оторвали их от их привычных человеческих ценностей. Поскольку дело было глубоко за полночь, он пообещал, что остановит эксперимент завтра утром».

Выводы (текст Зимбардо)

“Честно сказать поначалу мы совсем не думали, что всё так получится. Мы, наоборот, думали, что ребята будут шутить и прикалываться и нормально общаться друг с другом и что наша тюрьма совсем не сможет стать похожей на настоящую.

К тому же ведь мы не давали никаких ролей и не объясняли кому как себя вести.

Единственное заключение, которое можно было сделать из анализа психологического состояния заключенных до эксперимента и в конце, это то, что зависимые, пассивные личности переносили заключение несколько легче, чем личности самостоятельные, инициативные, независимые, творческие.

Характерно, что после окончания эксперимента заключенные выразили убеждение, что мы выбрали охранников не путем подкидывания монетки, а как наиболее здоровых и сильных, хотя на самом деле разницы в телосложении не было никакой.

Кроме того, мы были потрясены эффективностью нашего эксперимента.

Страшно подумать, что если наша “Стенфордская тюрьма” смогла за 5 дней оказать столь сильное угнетающее (или деформирующее) воздействие на своих “обитателей”, то что же в обычных тюрьмах, где условия намного более жесткие, где есть и реальный риск и угроза физической расправы, где за минимальное нарушение режима можно получить штрафной изолятор и, как следствие – невозможность досрочного освобождения и т.д.

Вот письмо, которое я получил от одного заключенного вскоре после публикации статьи об эксперименте: “Я был недавно переведен на другой режим после 37 месяцев одиночного заключения.

У меня был “молчаливый” режим и даже если я пытался шепотом заговорить с парнем из соседней камеры, меня били, травили газом и бросали в узкую щелеобразную камеру, голого, спать на бетонном полу, не позволяя даже сходить в туалет..

Обратите внимание

Я знаю, что воровство должно быть наказуемо и я не оправдываю воровство, хоть я и сам был вором. Теперь я не думаю, что буду когда нибудь красть, если выйду на свободу. Нет, не потому что я “перевоспитался”, просто вещи и воровство меня больше не интересуют. Я думаю только об убийстве.

Об убийстве тех, кто меня избивал и обращался со мной хуже, чем с собакой. Я надеюсь и молюсь, что ради спасения моей души и ради моей будущей жизни я смогу преодолеть ожесточенность и ненависть в моем сердце, но это будет очень, очень тяжело…”

Источник: https://mentorna-blog.livejournal.com/2599.html

Стэнфордский тюремный эксперимент оказался фальсификацией

Знаменитый Стэнфордский тюремный эксперимент является фальсификацией – такое мнение высказал американский писатель Бен Блум в колонке на портале Medium.

Напомним, опыт над людьми провел психолог Филипп Зимбардо в 1971 году. Он отобрал 24 добровольца из числа студентов и разделил их на две группы. Первым предстояло стать заключенными, вторым – охранниками.

Зимбардо полностью воссоздал условия настоящей тюрьмы. Эксперимент должен был продлиться две недели, но завершился уже через шесть дней – «надзиратели» начали проявлять настоящий садизм, а у заключенных начались проблемы с психикой.

Читайте также:  6 джентельменских истин

Таким образом Зимбардо доказал, что люди, получившие власть, будут жестоко доминировать над подчиненными, даже если ситуация этого не требует. Заключенные, напротив, быстро становятся пассивными и перестают сопротивляться.

Стэнфордский эксперимент вошел во многие учебники и труды по психологии. Однако спустя 47 лет его результаты поставили под сомнение.

Блум пишет, что один из добровольцев-«заключенных» симулировал симптомы психоза, чтобы побыстрее оказаться на свободе. Речь идет о Дугласе Корпи. В прошлом году мужчина дал интервью, где впервые рассказал об эксперименте.

По его словам, он согласился участвовать в нем с одной целью – чтобы подготовиться к экзаменам в тишине и одиночестве. Однако «надзиратели» отказались выдать ему учебники. После неоднократных безуспешных просьб Корпи устроил истерику на камеру.

Позднее Зимбардо использовал эту запись как доказательство изменившегося поведения участников. Сам же Корпи спустя много лет заявил, что считал ситуацию совершенно безопасной, а крики и буйство были для него всего лишь игрой.

Внезапно проявившиеся садистские наклонности «охранников» также поставили под сомнение.

Согласно официальной версии, им выдали подробные инструкции и предложили вызвать у заключенных чувства страха, одиночества и беззащитности. Но о психическом и физическом насилии речи не шло.

Важно

Блум же утверждает, что участникам напрямую рекомендовали применять подобные насильственные меры, причем это требование исходило от одного из студентов Зимбардо – Дэвида Джаффе. Следовательно, «охранники» вовсе не опьянели от безнаказанности, а действовали по указке других людей.

Правоту Блума подтверждает тот факт, что эксперименты, аналогичные Стэнфордскому, приводили к совершенно иным результатам. Похожий опыт поставили британские психологи Стивен Райхер и Александр Хазлам, но в их случае «охранники» не демонстрировали никакой жестокости.

Работу Зимбардо также критиковали за слишком маленькую выборку участников, из-за чего результаты можно трактовать как частный случай, а не основу для выведения общей тенденции.

Вызывал сомнение у экспертов и однообразный состав групп – это были белые студенты колледжей в возрасте от 20 до 25 лет. У Зимбардо была возможность набрать более разношерстный коллектив, взять людей разных рас и социальных слоев, но он почему-то ею не воспользовался.

Кроме того, в объявлении о наборе участников было напрямую указано, что речь идет об имитации «тюремной жизни», что изначально привлекло людей с высоким уровнем агрессии и низкой эмпатией.

Зимбардо не проверил психологическое состояние участников перед началом эксперимента, поэтому нельзя с уверенностью сказать, что на их поведение повлияли именно изменившиеся условия, а не врожденные особенности.

Отметим, что сам Филипп Зимбардо отказался комментировать результаты этого расследования.

Однако описание Стэнфордского эксперимента в обозримом будущем может исчезнуть из научной литературы.

ПОЗНАЙ ДЗЕН С НАМИЧИТАЙ НАС В ЯНДЕКС.НОВОСТЯХ

Источник: https://mir24.tv/news/16310269/stenfordskii-tyuremnyi-eksperiment-okazalsya-falsifikaciei

Стэнфордский тюремный эксперимент оказался театральной постановкой

Недавно было показано, что многие психологические эксперименты, проведённые в середине прошлого столетия, имеют серьёзные методологические погрешности, которые иногда ведут к инвалидации результата. Очередь дошла до Стэнфордского тюремного эксперимента, результаты которого тоже оказались неверны.

В 1971 году был проведён эксперимент, который потом вошёл во все университетские учебники по психологии. Волонтёров разделили на две группы — узников и сотрудников тюрьмы, поместили их в импровизированное место лишения свободы в подвале факультета психологии и начали наблюдать.

Эксперимент ставил целью выяснить, будут ли люди злоупотреблять властью. Филипп Зимбардо (Philip George Zimbardo), автор эксперимента, делает вывод, что да, будут — многие «тюремщики» стали проявлять садистские черты.

Совет

Более широкий вывод — многие люди, если их наделить властью над другими, будут эту власть использовать «и в хвост и в гриву».

Всё было бы хорошо, только методология этого эксперимента оставляет желать лучшего.

Когда по прошествии многих лет были проведены интервью с участниками эксперимента, они сказали, что думали, что учёные хотели увидеть своего рода импровизационный театр, поэтому они усердно играли роли заключённых и тюремщиков.

Так, самый красочный момент, когда один из заключённых прокричал «Я горю изнутри», оказался просто-напросто актёрской игрой. Стоит ли говорить, что надзирателей тренировали быть жестокими — Зимбардо на предварительном тренинге поучал:

То есть, если надзиратели и были жестокими, то потому, что была инструкция так себя вести. А если они были слишком жестокими с подопечными, это лишь дублирует выводы другого эксперимента — Милгрэма (Stanley Milgram), — проведённого в 1963-м году в Йельском университете (Yale University).

Суть последнего в следующем: испытуемый и актёр сидят в разных комнатах. Актёру предложено запомнить пары слов из длинного списка, и испытуемый должен бить его током за каждый неправильный ответ (актёр имитирует боль).

Этот и дальнейшие постановки эксперимента показывают, что указание извне является достаточным оправданием для совершения насилия.

Хотя возможно, что многие постановки этого и других экспериментов, не подтвердившие гипотезу, просто не дошли до издательств, — последние с большей охотой соглашаются публиковать статьи про подтверждённые гипотезы.

Среди других недавно разоблачённых «психологических фактов» — эксперимент с зефирками и эксперимент «Летний лагерь».

К сожалению, обновлённая информация редко попадает в учебники по психологии, которые продолжают транслировать устаревшие данные.

Обратите внимание

Одна из причин в том, что работники факультетов не хотят придавать психологии образ ненадёжной науки: чтобы продолжать функционировать и получать финансирование, им нужно привлекать новых студентов.

Некоторые преподаватели берут на себя ответственность рассказать про недавние открытия, но многие этого не делают. И это проблема, которую ещё предстоит решить.

Источник: https://22century.ru/allsorts/66249

Что такое Стэнфордский тюремный эксперимент и почему о нем снимают фильмы

28 октября на фестивале «360˚», организованном Политехническим музеем, покажут фильм «Стэнфордский тюремный эксперимент» — об одном из самых известных психологических опытов в истории, поставленном в 1973 году. «Афиша Daily» рассказывает, в чем он заключался и какое значение имеют его итоги

Что из себя представлял Стэнфордский тюремный эксперимент

Филипп Зимбардо

© IFC Films

В 1968 году профессор психологии Филипп Зимбардо начал работать в Стэнфорде. Спустя пару лет военно-морской флот США выделил ему грант на исследование, которое помогло бы объяснить возникновение конфликтов в исправительных учреждениях ВМФ и морской пехоте.

Через объявление в газете Зимбардо набрал 24 добровольцев для участия в эксперименте, в ходе которого они должны были несколько недель провести в тюремных условиях. Состав участников был однородным: законопослушные молодые белые мужчины из семей со средним достатком, у которых по итогам предварительных психологических тестов не было выявлено ни проблем с психикой, ни склонности к насилию.

Группу из 24 человек случайным образом поделили на условных надзирателей и заключенных. По 9 человек должны были участвовать в эксперименте с самого начала, и еще по 3 были запасными — на случай, если кто-то решит досрочно отказаться от продолжения.

Сам Зимбардо играл роль начальника тюрьмы, который давал инструкции «надзирателям» и следил за ходом эксперимента. Условная тюрьма была оборудована в подвале здания факультета психологии в Стэнфорде.

Эксперимент пришлось завершить досрочно — спустя всего 6 дней — из-за того, что «надзиратели» стали проявлять садистские наклонности, а некоторые «заключенные» не выдерживали психологического давления и издевательств.

Что пошло не так

Перед началом эксперимента Зимбардо дал «надзирателям» инструкции о недопустимости физического насилия. При этом условия содержания «заключенных» изначально были подобраны так, чтобы заставить их чувствовать себя некомфортно.

К примеру, они должны были носить халаты без нижнего белья, их называли исключительно по номерам, а на лодыжки им надели цепочки в качестве напоминания об их статусе. В «тюрьме» были установлены камеры, за ходом эксперимента наблюдали Зимбардо и ряд других сотрудников Стэнфорда.

В первый день ничего особенного не происходило, но утром второго дня несколько «заключенных» забаррикадировали дверь камеры и отказывались выходить по приказу «надзирателей». Последние подавили мятеж, а позже в отсутствие наблюдателей напали на «заключенных» с огнетушителями.

Впоследствии «надзиратели» стали делить «заключенных» на послушных и непослушных. Тех, кто, по их мнению, вел себя неуважительно или нарушал правила, наказывали. У некоторых «заключенных» забирали матрасы и заставляли их спать на холодном полу, других отправляли чистить туалеты голыми руками, кого-то запирали в одиночную камеру, а некоторых заставляли раздеваться догола, чтобы унизить.

Важно

Уже на третий день один из «заключенных», по свидетельству Зимбардо, стал вести себя неадекватно — кричал, плакал и проявлял агрессию. Его пришлось вывести из эксперимента и заменить одним из запасных «заключенных». Издевательства со стороны «надзирателей» при этом продолжались.

На шестой день в «тюрьму» пришла Кристина Маслак, выпускница докторантуры психфака Стэнфорда и на тот момент невеста Зимбардо, которая до этого не знала о ситуации. Она была так шокирована увиденным, что настояла на немедленном прекращении эксперимента.

Какие выводы сделал Зимбардо

На основании эксперимента Филипп Зимбардо заключил, что при определенных условиях люди могут отказываться от своих представлений о морали и этике и становиться жестокими. В изданной в 2009 году книге «Эффект Люцифера» ученый развивает эту идею на базе собственного эксперимента и схожих исторических фактов — например, скандала вокруг иракской тюрьмы Абу-Грейб или военных конфликтов.

Зимбардо считает, что групповой конформизм и склонность к подчинению авторитету способны уничтожить личную инициативу. Этим исследователь объясняет, например, пассивность и равнодушие свидетелей различных издевательств и зверств — особенно если они живут в государстве, где эти зверства оправдываются на идеологическом уровне.

За что критикуют Стэнфордский эксперимент

Главная претензия к эксперименту Зимбардо — нарушение этики. В 1970-е этические требования к социальным опытам не были до конца установлены и формализованы.

Но в последующие годы, в том числе под влиянием того, что произошло в Стэнфорде, появились строгие правила.

Сегодня эксперимент Зимбардо было бы невозможно провести: его бы не одобрила ни одна комиссия по этике — прежде всего потому, что он изначально подразумевает серьезное психологическое давление на участников.

Также к эксперименту Зимбардо у других исследователей есть ряд вопросов методологического характера, которые ставят под сомнение достоверность выводов ученого. Зимбардо изначально не определил независимые переменные — в данном случае, факторы, которые могли бы влиять на поведение участников.

Их может быть много: сама тюремная ситуация, инструкции Зимбардо, особенности проведения эксперимента, характеры участников и так далее. Поскольку исследователь заранее не установил, влияние каких именно независимых переменных он тестирует, непонятно, что предопределило результаты эксперимента.

Зимбардо в связи с этим критикуют за спекулятивность представленных им выводов и за то, что «тюремный эксперимент» был похож скорее на социальную симуляцию, нежели на контролируемый научный опыт.

Еще один упрек в адрес Зимбардо — его собственное участие в эксперименте. Из-за этого возникает недоверие к способности ученого объективно анализировать полученные результаты.

Как проходили аналогичные эксперименты и о чем они говорят

Предшественником Стэнфордского тюремного эксперимента считается серия проведенных в 1960-х годах опытов Стэнли Милгрэма, психолога из Йельского университета.

Милгрэм хотел выяснить, склонны ли обычные люди причинять боль другим, если это входит в их рабочие обязанности.

Об этом случае тоже есть художественный фильм под названием «Экспериментатор» 2015 года с Питером Сарсгаардом в роли Милгрэма.

Совет

Участники эксперимента принимали на себя роль учителей. Экспериментатор говорил им, что их задача — проверять ответы «учеников» (на самом деле — актеров, игравших роль учеников). Если «ученик» отвечал неправильно, «учитель» должен был нажать кнопку и якобы ударить его током.

Каждый раз напряжение увеличивалось. Актеры начинали демонстрировать, что им больно, когда напряжение доходило до 300 В. Тем не менее большинство «учителей» не отказывалось продолжать, хотя им заранее сказали, что они могут прекратить эксперимент в любой момент.

65% участников дошли до максимальной отметки в 450 В, после которой организаторы сами останавливали эксперимент.

В итоге Милгрэм и его коллеги пришли к результатам, аналогичным выводам Зимбардо: в определенных обстоятельствах под влиянием чужого авторитета самые обычные люди склонны забывать о нормах морали и готовы мучить других.

В 2001 году ученые Стивен Райхер и Александр Хаслам попробовали частично повторить эксперимент Зимбардо. Они смоделировали «тюремную» ситуацию, схожую с той, которую организовал Зимбардо в 1971 году.

Принципиальное различие между двумя экспериментами состояло в том, что в этот раз «надзирателям» не давали вообще никаких инструкций, кроме того что они сами должны придумать правила управления «тюрьмой». Результат эксперимента оказался обратным тому, что получил Зимбардо.

«Надзиратели» не издевались над «заключенными» — напротив, последние сплотились и через несколько дней стали отказываться выполнять инструкции «надзирателей» и нарушать правила.

Может показаться, что итоги проведенного в 2001 году эксперимента ставят под сомнение выводы Зимбардо и Милгрэма. Однако в чем-то они как раз подчеркивают правоту этих ученых.

Агрессия, жестокость и другие варианты поведения людей во многом ситуативны и зависят от того, в какие условия они поставлены.

Обратите внимание

Если в милгрэмском и Стэнфордском экспериментах люди проявляли агрессию, потому что этому способствовали заданные организаторами правила, то в эксперименте Райхера и Хаслама таких правил не было, и в итоге «надзиратели» не вели себя жестоко.

«Стэнфордский тюремный эксперимент: психология лишения свободы» («Stanford Prison Experiment: Psychology of Imprisonment»), 1991

Документальный фильм, сделанный самим Зимбардо.

«Тихая ярость: Стэнфордский тюремный эксперимент» («Quiet Rage: The Stanford Prison Experiment»), 1992

Документальный фильм для вебсайта про эксперимент. За сценарий отвечал Зимбардо.

«Эксперимент» («Das Experiment»), 2001

Немецкий художественный фильм по мотивам событий Стенфордского тюремного эксперимента с более жестким исходом, чем в реальности. Зимбардо сказал, что режиссер переборщил с показанным насилием.

«Эксперимент» («The Experiment»), 2010

Ремейк немецкого триллера с Эдриэном Броуди и Форестом Уитакером.

«Стэнфордский тюремный эксперимент» («Stanford prison experiment»), 2015

Фильм об эксперименте с Эзрой Миллером и Таем Шериданом в главных ролях. Участник кинофестиваля «Сандэнс».

Купить билет на «Стэнфордский тюремный эксперимент» на сайте фестиваля

От мемчиков с соседнего двора до разбора «Дау» и онлайн-экскурсий по выставкам Третьяковки — все, сразу и максимально оперативно в паблике «Афиши Daily» во «ВКонтакте».

Источник: https://daily.afisha.ru/brain/7137-chto-takoe-stenfordskiy-tyuremnyy-eksperiment-i-pochemu-o-nem-snimayut-filmy/

Ссылка на основную публикацию